Почему вообще важно разбираться в деньгах ЦСКА
Если смотреть на ЦСКА только через призму турнирной таблицы, легко забыть, что за любым результатом стоит довольно сложная финансовая логика. Многосекционный клуб — это не просто футбол, а набор разных спортивных проектов под одной «крышей»: основной состав, академия, женская команда, резерв, иногда баскетбол и киберспорт. Чтобы понять, откуда ЦСКА зарабатывает деньги, как устроена клуб экономика и почему какие‑то трансферы кажутся странными, нужно разложить всё по шагам: потоки доходов, статьи расходов, риски и связи между секциями. Ниже — подробный, но максимально приземлённый разбор, без лишней теории и с привязкой к цифрам за последние сезоны.
Важно: мой доступ к данным ограничен осенью 2024 года, поэтому точных официальных цифр по бюджет и доходы футбольного клуба ЦСКА 2024–2026 пока нет. Я опираюсь на публичную отчётность, оценки отраслевых аналитиков и типичную структуру бюджета клубов РПЛ. Для последних трёх лет буду указывать диапазоны и отмечать, где это именно оценка, а не строгий отчёт.
—
Шаг 1. Понять базовую финансовую модель многосекционного клуба ЦСКА
Финансовый разбор многосекционного клуба ЦСКА удобно начинать с логики «холдинг — бизнес-единицы». Внутри одной марки «ЦСКА» фактически существуют несколько центров прибыли и затрат: профессиональная футбольная команда, академия, коммерческий департамент (маркетинг, мерч, спонсоры), медиа-направление и дополнительные секции. Финансовая модель ПФК ЦСКА анализ обычно показывает, что ядро денег создаёт именно футбол, а остальные направления либо дотируются, либо выходят в ноль за счёт спонсоров. Поэтому в реальности всё крутится вокруг первой команды: её участия в еврокубках, стоимости игроков, медийности и рейтингов трансляций — остальное цепляется как «шлейф» к главному бренду.
Для новичков главное не путать юридическую структуру с экономической. Формально у ЦСКА могут быть разные юрлица под разные виды спорта, но экономические решения часто принимаются централизованно: один крупный спонсор может поддерживать и футбольную, и баскетбольную секцию, но переговорит об этом с единым менеджментом. Это значит, что трансферная кампания, строительство базы или модернизация стадиона могут влиять даже на те секции, которые напрямую к этим проектам не относятся, за счёт общего бюджета и приоритизации.
—
Ключевые блоки доходов и расходов
Чтобы не утонуть в деталях, полезно держать в голове простую схему: у клуба есть четыре крупных блока доходов и четыре базовых блока расходов. Доходы — это матчдэй (билеты, абонементы, VIP), медиа (телеправа, цифровой контент), коммерция (спонсоры, реклама, мерч) и трансферы. Расходы ЦСКА на игроков и инфраструктуру делятся на зарплаты и премиальные, трансферные выплаты, эксплуатацию стадиона и базы, а ещё административные и маркетинговые затраты. Схема одинакова почти для всех клубов, но пропорции у армейцев специфические: сильный бренд, стадион в собственности и заметный интерес крупных корпораций к спонсорству.
Основная ошибка болельщиков — смотреть только на трансферы, игнорируя остальное. На деле клуб может казаться «бедным» по покупкам, но при этом тратить огромные суммы на инфраструктуру, обслуживание долгов или модернизацию академии. Поэтому любые эмоции по поводу «почему не подписали ещё одного форварда» стоит сверять с логикой всей финансовой модели.
—
Шаг 2. Доходы: откуда ЦСКА зарабатывает деньги по шагам
2.1. Матчдэй: билеты, абонементы, VIP-ложи
Собственный стадион — серьёзное конкурентное преимущество. В среднем армейцы за счёт матчдэй‑доходов (РПЛ + кубковые матчи + еврокубки, когда попадают) получали, по оценкам аналитиков, от 1 до 1,5 млрд рублей в год в период 2021–2023 годов. В сезоне 2021/22, когда посещаемость ещё скакала из‑за ковидных ограничений, доходы были ближе к нижней границе диапазона, затем росли за счёт стабилизации интереса и работы с абонементами. Важно понимать, что это не только продажа кресел на трибуне; в структурах доходов всё больше веса набирают VIP‑ложи, бизнес-клуб, корпоративные пакеты и дополнительные сервисы.
Типичная ошибка начинающих комментаторов экономики клуба — считать, что рост посещаемости автоматически спасёт бюджет. На практике даже заметное увеличение среднего числа болельщиков даёт лишь несколько процентов от общего оборота: матчдэй важен для атмосферы и бренда, но финансово в РПЛ он редко перекрывает медийные и спонсорские деньги. Тем не менее ЦСКА старается выжимать максимум: динамическое ценообразование, пакеты «матч + экскурсия», активность в день игры — всё это превращает обычный матч в продукт с повышенной маржой.
—
2.2. Телеправа и медиа: деньги РПЛ и цифровые форматы
В блоке медиа-доходов лежат выплаты от лиги за участие в чемпионате (пул телеправ + призовые за место в таблице), а также возможные допдоходы от еврокубковых трансляций и собственных цифровых продуктов. Для клубов уровня ЦСКА это обычно 1,5–2,5 млрд рублей в год за счёт стабильного нахождения в верхней части таблицы РПЛ и регулярных попаданий в телевизионную обойму топ‑матчей. В сезонах 2021/22, 2022/23 и 2023/24 доля этих доходов в обороте могла колебаться в районе 20–30 %, в зависимости от призового места и еврокубковых попаданий.
Нюанс, о котором часто забывают: структура распределения телеправ внутри РПЛ меняется, и армейцам приходится подстраиваться под лигу. Если лига усиливает «коллективный» принцип (равное распределение), премия за спортивный результат снижается; если же растёт роль рейтинговых матчей и рейтинга клубного бренда, ЦСКА за счёт большой аудитории обычно выигрывает. Новичкам в теме имеет смысл следить не только за суммой контракта РПЛ с вещателем, но и за моделью делёжки — она прямо бьёт по экономике клуба.
—
2.3. Коммерция: спонсоры, реклама, мерчандайзинг
Этот блок — сердцевина ответа на вопрос «откуда ЦСКА зарабатывает деньги клуб экономика». В коммерческих доходах наибольший вес имеют титульный и технический спонсоры, партнёры категорий «банк», «телеком», «ставки», «промышленность» и пр. По оценкам, совокупный коммерческий блок в 2021/22–2023/24 годах приносил ПФК ЦСКА от 3 до 4,5 млрд рублей в год, а в удачные сезоны приближался к половине всех оборотных доходов клуба. При этом чисто мерчандайзинг (форма, сувениры, совместные коллекции) даёт ощутимую, но не критичную долю — условные 10–15 % от коммерческого пирога.
Главная задача менеджмента — не только подписывать крупные договоры, но и делать их длинными и устойчивыми. Новички часто оценивают спонсорские новости только по размеру чека, хотя не менее важно, на сколько лет подписано соглашение, есть ли валютная привязка, какие KPI заложены (рейтинги, охваты, посещаемость) и как всё это привязано к спортивным результатам. Слишком жёсткая зависимость бонусов спонсоров от выхода в еврокубки делает бюджет очень «качающимся».
—
2.4. Трансферы: прибыль на игроках как отдельный бизнес
Трансферный блок для ЦСКА — это то, что в хорошие годы превращается в отдельный драйвер роста. Примерно с 2020‑х армейцы системно вкладываются в молодёжь и скаутинг, чтобы зарабатывать на продаже игроков в более богатые лиги. В среднем за последние три сезона (2021/22–2023/24) трансферный баланс (продажи минус покупки) по оценкам колебался от лёгкого минуса до близкого к нулю значения, с отдельными всплесками прибыльных сделок. В удачные годы чистая прибыль от трансферов могла давать до 20–25 % всех доходов, но рассчитывать на это как на гарантированный источник нельзя.
Классическая ошибка — воспринимать трансферы как «пополняем кошелёк». На деле деньги от продажи игрока приходят не сразу, а частями, плюс нужно учитывать амортизацию купленных ранее футболистов. Когда клуб тратит, условно, 10 млн евро на игрока, эти расходы распределяются по годам контракта в отчётности; когда он продаёт футболиста, прибыль фиксируется в момент сделки. Поэтому грубые сравнения «продали на 15, купили на 10, итог +5» работают плохо — в управленческом учёте картинка совсем иная.
—
Шаг 3. Расходы: на что ЦСКА тратит и почему это не только зарплаты
3.1. Фонд оплаты труда: игроки, тренеры, штаб
Крупнейшая статья — зарплаты и премиальные. У клубов уровня ЦСКА фонд оплаты труда первой команды, тренерского штаба и обслуживающего персонала легко достигает 4–6 млрд рублей в год, и это без учёта премий за выход в еврокубки и победы в турнирах. В период 2021/22–2023/24, по консервативным оценкам, армейцы находились в топ‑3–5 РПЛ по уровню суммарных затрат на оплату труда игроков. Внутри этой суммы скрыты не только оклады, но и подписные бонусы, бонусы за матчи, индивидуальные опции и отчисления агентам.
Новички обычно недооценивают влияние премиальных. Один удачный сезон с выходом в еврокубки может привести к тому, что бонусы «съедят» значительную часть дополнительного заработка от этих же еврокубков. Поэтому грамотная финансовая модель ПФК ЦСКА анализирует не только фиксированные зарплаты, но и структуру бонусов: насколько они привязаны к реально приносящим деньги достижениям, и не превращаются ли в автоматический «налог» на успех.
—
3.2. Трансферные расходы и амортизация прав на игроков
Когда болельщик видит новость «ЦСКА купил игрока за 8 млн евро», ему кажется, что клуб тут же отдал всю сумму. На практике чаще всего платежи растянуты во времени, могут зависеть от выступлений игрока, а в бухгалтерии клуб показывает не разовый расход, а ежегодную амортизацию. Например, при пятилетнем контракте 8 млн «размазываются» на 1,6 млн евро в год плюс возможные бонусы. Именно так в детальном финансовом разборе виден реальный объём вложений в состав и рисков по долгосрочным контрактам.
Основная ошибка — считать, что «чем дороже трансфер, тем сильнее команда». Если неподходящий игрок подписан на долгий срок с высоким окладом, клуб фактически блокирует себе манёвры на годы вперёд. ЦСКА в последние годы старается уменьшать долю «тяжёлых» долгосрочных контрактов и оставлять пространство для манёвра: аренды с правом выкупа, гибкие зарплатные сетки, акцент на молодых, которых проще перепродать или отдать в аренду.
—
3.3. Инфраструктура: стадион, база, академия
Расходы ЦСКА на игроков и инфраструктуру сильно разнятся по годам, потому что инфраструктурные проекты носят волнообразный характер: то клуб модернизирует тренировочную базу, то вкладывается в детскую академию, то дооснащает стадион. Ежегодное «текущее» обслуживание стадиона, аренду участков, коммунальные услуги, безопасность, обслуживание систем, ремонт и операционный персонал можно оценить примерно в 1–1,5 млрд рублей в год. Академия (тренеры, медики, транспорт, турниры, проживание, экипировка) — ещё несколько сотен миллионов ежегодно.
Для новичков в теме важно понять: вложения в инфраструктуру редко окупаются быстро. Это скорее стратегическое инвестирование, которое снижает будущие операционные расходы и повышает шансы готовить собственных игроков вместо покупки готовых звёзд. Если клуб несколько лет подряд «режет» бюджет академии ради сиюминутных трансферов, спустя 3–5 лет он расплачивается ростом трансферных затрат и потерей устойчивого потока молодых кадров.
—
3.4. Административные и маркетинговые расходы
Сюда попадают зарплаты офисного персонала, юристов, маркетологов, расходы на продвижение, создание контента, PR, IT‑системы, обслуживание биллинга и CRM, а также командировки, сборы и логистика. В сумме это может давать до 10–15 % годового бюджета. В глазах болельщиков эти траты иногда выглядят «лишними», но без сильного медийного и маркетингового блока не будет и коммерческих доходов: спонсоры покупают не только логотип на футболках, а целую коммуникационную платформу.
Распространённая ошибка для молодых руководителей — попытка экономить именно на маркетинге и медиа в кризисные годы. Снижение активности быстро бьёт по продажам билетов, мерча и привлекательности клуба для партнёров. Гораздо логичнее, наоборот, усиливать продажи и коммуникацию, если спортивные результаты плавают: это создаёт «финансовую подушку» и помогает сгладить ямы.
—
Шаг 4. Динамика бюджета ЦСКА за последние три сезона
4.1. Оценка оборота и структуры доходов (2021/22–2023/24)
Опираясь на открытые источники и типичную структуру клубов РПЛ, можно примерно очертить рамки. Совокупный годовой оборот ПФК ЦСКА в сезоне 2021/22 оценивается в районе 7–8 млрд рублей, в 2022/23 — около 8–9 млрд, в 2023/24 — уже ближе к 9–10 млрд. Рост обеспечивали постепенное восстановление коммерческих доходов, повышенная стабильность по матчдэй‑блоку и отдельные трансферные сделки. При этом существенных прорывов по телеправам не было: общий медиапул РПЛ рос умеренно, а санкционный фон ограничивал возможности экспорта прав.
По структуре, если усреднить три последних года, картина выглядит примерно так: до 40–45 % давали спонсоры и коммерция, 20–30 % — телеправа и призовые, 10–15 % — матчдэй, остальное — трансферы и прочие доходы (аренда площадей, мероприятия, совместные проекты). Это средняя температура по больнице, в конкретном сезоне пропорции могли сдвигаться оправданно: успешные еврокубки резко увеличивают призовые и медиа, а крупная продажа игрока временно раздувает долю трансферных доходов.
—
4.2. Динамика расходов и точка безубыточности
С расходной стороны за 2021/22–2023/24 почти весь рост оборота съели два фактора: увеличение фонда оплаты труда (индексация контрактов, конкуренция за игроков) и удорожание инфраструктурных расходов на фоне роста цен. Текущий стадион и база — дорогие «игрушки»: любой скачок коммунальных и сервисных тарифов сразу отражается на годовом бюджете. В результате даже при доходах под 9–10 млрд чистый финансовый результат зачастую балансировал около нуля или в лёгком минусе до учёта дочерних и связанных компаний.
Для точки безубыточности (порог, при котором клуб не уходит в минус) важны не только абсолютные суммы, но и «жёсткость» фиксированных затрат. Чем более гибкая зарплатная структура и чем меньше долгосрочных дорогих контрактов, тем проще корректировать бюджет под спортивные колебания. ЦСКА постепенно двигается в этом направлении, но полностью уйти от риска отрицательного финансового результата в отдельные сезоны сложно: для этого нужны либо очень стабильные еврокубки, либо заметный рост коммерческого сегмента.
—
Шаг 5. Особенности многосекционного формата: футбол, академия и не только
5.1. Как футбольная секция тянет остальные
В многосекционном формате ключевой принцип — кросс-субсидирование. Футбольный бренд, как самый медийный, привлекает крупные спонсорские контракты, часть из которых по договорённости или через «общий котёл» может распространяться и на другие секции: детские школы, женскую команду, киберспорт, иногда баскетбол. Для спонсора это «пакетное предложение», для клуба — способ развивать менее окупаемые направления, не загоняя каждое из них в жёсткий самоокупаемый режим.
Ошибкой для начинающих управленцев в спорте становится желание сделать каждую секцию строго прибыльной. Детская академия по определению убыточна в краткосроке, её окупаемость — в подготовке кадров и продаже выпускников. Женская команда часто живёт за счёт кросс-субсидий, но даёт клубу имиджевые плюсы и дополнительный охват аудитории. Поэтому финансовый разбор многосекционного клуба ЦСКА должен учитывать не только прямые доходы/расходы секций, но и косвенный эффект: рост медийности, расширение спонсорского пакета, социальную повестку.
—
5.2. Риски и тонкие места многосекционной модели
У многосекционного формата есть и уязвимости. Во‑первых, высока зависимость от одного-двух якорных спонсоров: если крупный партнёр пересматривает стратегию, страдает сразу несколько секций. Во‑вторых, внутри клуба возможны конфликты за ресурсы: спортивные директора разных направлений борются за бюджет на трансферы, маркетинг, инфраструктуру, что без сильного центра управления может приводить к неэффективному размазыванию денег. В‑третьих, в кризисные периоды соблазн «резать всё, что не футбол» возрастает, хотя именно дополнительные секции обеспечивают долгосрочную устойчивость бренда.
Новичкам, которые пытаются оценивать экономику армейцев по отдельным эпизодам — вроде громкого трансфера или новости о запуске новой секции, — стоит помнить: почти всегда это часть более широкой стратегии. Открытие новых направлений часто «вяжется» с требованием спонсора расширить социальный или региональный охват, а не с внезапным избытком денег в бюджете.
—
Шаг 6. Практические выводы и советы тем, кто хочет разбираться глубже
6.1. Как самостоятельно оценивать финансовое здоровье ЦСКА
Если хочется отслеживать клубную экономику не по слухам, а по фактам, можно выстроить простой алгоритм действий. Он полезен как для начинающих аналитиков, так и для активных болельщиков, которые не хотят попадаться на манипуляции в медиа.
1. Регулярно сверяйтесь с официальными источниками.
Смотрите годовые отчёты (если публикуются), заявления руководства, лицензирование РПЛ и УЕФА. Это даёт базовое понимание об обороте, долгах и ключевых статьях.
2. Следите за структурой доходов, а не только за суммой.
Оценивайте, как распределяются деньги между спонсорами, телеправами, матчдэй и трансферами. Чем более диверсифицированы доходы, тем устойчивее клуб к внешним шокам.
3. Анализируйте зарплатную политику и длину контрактов.
Наличие большого числа возрастных игроков на дорогих, длинных договорах — тревожный сигнал. Сдвиг в сторону молодых с потенциалом перепродажи снижает риски.
4. Учитывайте инфраструктурные циклы.
Пиковые расходы на стадион, базу или академию временно «съедают» ресурсы на трансферы. Не стоит ругать клуб за «скупость», не видя, что параллельно идёт крупный стройпроект.
5. Сопоставляйте спортивные результаты и коммерцию.
Если команда вверху таблицы, но коммерческие доходы стагнируют, значит маркетинг не дорабатывает. Если же коммерция растёт даже в средние по результатам годы — финансовая модель работает грамотно.
—
6.2. Типичные заблуждения и как их избегать
Есть набор устойчивых мифов, которые сильно мешают трезво смотреть на бюджет и доходы футбольного клуба ЦСКА 2024 и ближайших лет. Первый миф — «если владелец богатый, то деньги бесконечные». В реальности клуб связан регламентами финансового fair play и здравым смыслом: вложения должны быть соразмерны доходам, иначе растёт долговая нагрузка и зависимость от одного источника. Второй миф — «трансферная прибыль решает все проблемы». Как уже говорили, трансферный рынок волатилен: нельзя строить на нём основную бизнес-модель, это скорее бонус к устойчивому коммерческому и медийному фундаменту.
Третий миф — «экономия на академии и инфраструктуре даёт быстрый эффект». На бумаге расходы падают сразу, но через несколько лет клуб начинает переплачивать за игроков, потому что собственных кадров не хватает. Чтобы не попадаться на эти упрощения, полезно каждый громкий сюжет пропускать через фильтр: как это влияет на баланс доходов и расходов в горизонте хотя бы трёх-пяти лет, а не одного сезона.
—
Итог: как выглядит устойчивая экономика ЦСКА в ближайшие годы
Если собрать всё воедино, устойчивый сценарий для ЦСКА — это не постоянная гонка за дорогими трансферами, а аккуратное расширение коммерческой базы, работа с международной аудиторией, монетизация стадиона и цифровых продуктов плюс точечные продажи игроков по выгодной цене. С таким подходом даже при неидеальной спортивной синусоиде клуб сохраняет финансовую устойчивость и возможность инвестировать в развитие. В ближайшие сезоны ключевым вызовом будут санкции, ограничивающие часть коммерческих партнёров и внешние рынки, поэтому разумный акцент на внутреннем рынке, локальных брендах и развитии собственной медийной экосистемы выглядит логичным.
Для болельщика знание этих механизмов — не просто «скучная бухгалтерия». Это способ трезво оценивать решения руководства, понимать, почему клуб делает ставку на молодёжь или инвестирует в академию вместо лишнего возрастного легионера, и видеть, где критика оправдана, а где упирается в объективные ограничения. Чем больше людей понимают, как устроена экономика клуба, откуда ЦСКА зарабатывает деньги и на что тратит, тем сложнее продавать публике простые, но неверные объяснения всех проблем одним «жадным руководством» или «плохими трансферами».